Дистант, музыка и я. — 15 ответов на Babyblog

Автор: | 27 ноября, 2020

До последнего времени меня не очень напрягала «дистанционка». Мне казалось, что любые неудобства, связанные с обучением детей, не способны уничтожить мою радость от того, что я ушла в декрет и по крайней мере не нахожусь по ту сторону экрана. Весной я посадила зрение ещё на пару единиц, пока проверяла отправленные через Viber сочинения. Сейчас это не моя война, чему я радуюсь ежедневно, едва открыв глаза. Но сегодня я получила лёгкого кармического пенделя.

В 15:00 начинались уроки у Миши и занятия фортепиано у Ули. Естественно всё это через Zoom. Поскольку Ульяна со своим синтезатором и телефоном сидела у себя в комнате, Мишу пришлось увести максимально далеко от музыки, а именно в кухню. Включила ему конференцию на своём телефоне.

Начался урок. У Миши математика: сидит, занимается, всё хорошо. Я рядом. Наблюдаю и вяжу носок. Вдруг слышу из «музыкального класса» крики и рыдания. Бросаю носок, бегу выяснять, а там…

— Ульяночка, ты пропустила «си».

— Да где-е-е?! Тут так и напи-и-исано-о-о!!!

— Нет, Ульяночка, не так.

Улька со злостью барабанит по клавишам, сопровождая каждый удар соответствующим слогом песни:

— Про-ка-чусь-ка я по льду, ни за что не у-па-…..

— Нет, Ульяночка, пропустила «си»

— А-а-а-а!!!!

Сажусь рядом. За три минуты осваиваю трёхнедельный курс сольфеджио. Так, чё тут у нас?… Где тут эта «си», «соль», сахар? Так, нотный стан, ноты, долгая, четвертинка, левая рука, правая рука, номера пальцев, реприза… Ну, поехали!

— Видите, Ольга Михайловна, тут «си-си-соль-ре», а она играет «си-соль-ре»

Так, полегче! Ольга Михайловна, конечно, талантище, но не Моцарт всё-таки.

— Ма-а-ам, — нарисовался в дверном проёме Миша. — А у меня Изида Максутовна куда-то делась…

Куда она могла деться?! Иду выяснять. Восстановила оборвавшуюся конференцию. Слышу рыдания и лёгкий скрежет. Рыдания — это дочь, скрежет — вертящиеся в гробах Мусоргский и Чайковский. Снова бегу за синтезатор.

— Видите, Ольга Михайловна, вот эта нотка в седьмом такте?

Дочь ревёт. Скрежет становится громче. Видимо, к компании вертящихся присоединился Рахманинов. Бросаю вынужденное музицирование. Бегу проверить Мишу. Конференция окончена. Сынок старательно выводит в тетради цифры, проговаривая:

— Четыре минус два-а-а…

— Блин, Миша, как ты умудрился написать «плюс», когда проговаривал «минус»?!

Чешет затылок. Задумался.

Из комнаты доносится «Жи-ли у ба-бу-си…», и в этом слышна скорбь всего еврейского народа. Кажется, песенка про лёд отложена до лучших времён. Иду туда, возвращаемся к этому льду, будь он неладен.

В дом врывается Вася. С ног до головы в опилках, даже на ресницах и помпоне шапки.

— А я выточил меч! Срочно все смотрите! Смотрите срочно! Все! Да, именно сейчас!

— Си-си-соль…

— Ма-а-ам, — снова заявился Миша, — тебе Изида Максутовна звонит.

— Ольга Михайловна, а почему Миши не было на втором уроке?

На каком втором уроке?! — дёргается глаз, дрожат руки.

Оказывается, пока я пыталась остановить вращение великих композиторов, прослушала про Мишин второй урок. А у первоклассников кодекс почище, чем в бойцовском клубе: «Всё, что сказано не при маме, — не сказано». Через десять минут третий урок. Письмо. Вспоминаю, что у меня есть ещё один ребёнок, когда начинает течь молоко. Савочка, солнышко, хоть ты спишь…

— Ма-а-ам, а где моя пропись?…

Просто. Дайте. Мне. Довязать. Носок.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *